*hedda leifsdottir
rebecca ferguson
/ aurora — you can't run from yourself /
• • • • • • • • • • • • • • •

✧ Какая судьба могла ждать дочь плотника из городка на самом севере холодного острова? Хедда вкусила всего сполна: и любви, и отвержения, и скромной жизни, и зажиточной, и счастья, и опустошающего горя. Родители ее любили, хотя воспитывали достаточно строго и идеальными не были. Главное, что она почерпнула из своих ранних лет, это внутреннее убеждение, что должное важнее желаемого, и знание, что всякая древесина требует своего подхода и подходящего инструмента, а всякая компания - своей закуски к спиртному. Мать же Хедды передала ей, вместе с навыками по ведению быта, еще и мудрость о том, как вывозить все это и не сойти с ума... но в конечном итоге сама не справилась с этой задачей до конца, обнаружив замашки ОКР. Когда Хедда была юной, это еще можно было списать на причуды и сложный характер, так что отчасти из-за этого, отчасти из-за желания пойти собственным путем она оставила семью и перебралась в Рейкьявик для учебы в Исландском университете.

✧ С малых лет ее увлекало искусство слова. Как несколькими ловкими фразами и интонацией можно заставить толпу зевак слушать, разинув рот. Каким искусным языком написаны саги. Сколько смыслов скрыто в таких знакомых словах, в сотни раз услышанных историях. Как взаимосвязаны языки Скандинавии. Сколько в них завораживающей магии из звуков и символов, настоящая музыка или молитвенная песнь. Делом всей своей жизни она избрала лингвистику, с большим упором на социальную сторону этой науки. Кроме углубленного изучения исландской словесности Хедда изучила английский, норвежский, немного шведский и - для души - французский. Позже эти знания помогали ей подрабатывать репетитором иностранных языков и выполнять переводы текстов, хотя страсть ее все еще оставалась в социолингвистике, в воздействии языка на мышление людей. Разумеется, в рамках университетского курса она также изучала мифы и легенды, но для нее они оставались лишь фольклором, не более.

✧ Со своим мужем, Оулавюром, Хедда познакомилась там же, в университете. Они были на разных курсах, кафедрах и даже на разных факультетах, и он - из заметно более зажиточной семьи, но нашли что-то общее. В ту пору ее, книжного червя, увлекали его интеллект и умение убеждать в свое правоте, но большой любви к нему не было. Если говорить совсем откровенно, Хедде гораздо больше нравилось общество его сестры Авроры, однокурсницы Хедды. Оулавюр же почитал это за нечто большее и, казалось, просто не мог отвести от нее взгляд. Он старался устроить как можно больше поводов для встреч и был весьма настойчив. Слишком. И ей не стоило поддаваться тогда на просьбу остаться на ночь. Быть может, Хедда и не вышла бы замуж за него, тем более так рано, если бы не забеременела от него. С одной стороны, тогда она думала, что ей повезло, что Оулавюр был настроен серьезно, не испугался ответственности и вместо требования аборта предложил кольцо, и это был шанс жить ближе к Авроре. С другой... что ж, тогда она окончательно попала в расставленные им для нее силки. Она отучилась лишь один курс, прежде чем была вынуждена взять декретные каникулы, но он уже заканчивал аспирантуру и имел неплохой заработок, достаточный, вместе с ее стипендией, чтобы прокормить молодую семью. Она окончила учебу позже, но так и не стала специалисткой того уровня, которого хотела добиться.

✧ Их совместная жизнь была терпимой, иногда даже счастливой, до дня, когда болезнь сломила здоровье нежной Авроры, а затем и забрала ее из этого мира. Хедда и Оулавюр любили ее оба, каждый по-своему, и скорбели тоже по-своему. Увы, эта скорбь не породнила их, напротив: оказалось, что кроме Авроры и их дочери Элизабет, их почти ничего не связывало. Хедда закрылась, ушла с головой в быт и в переводческую работу, а ее муж с годами превратился из страстного любителя дискуссий, которого она знала, в диктатора в семье и довольно скучного, задавленного делами юриста. Зажатая между заботой о дочери, домашними делами и подработками (они не бедствовали; репетиторство - отчаянная попытка найти хоть какую-то отдушину и проблеск самодостаточности), Хедда стала больше понимать свою мать и, одновременно, бояться превратиться в нее. Их брак охладел и превратился в клетку, где Хедда не чувствовала себя собой, изредка все же имея возможность подумать о том, чего - и кого - она хочет на самом деле. Но эту правду она еще не готова была до конца принять. Интрижку с одной из своих учениц она прервала сама, испугавшись того, к чему это может привести. Рождение Томаса стало, с одной стороны, неожиданностью, с другой - проявлением ее желания спасти отношения с мужем (точнее - иллюзию прежней привычной жизни), и это действительно помогло, хотя в действительности сохранять их не стоило. Здесь все как в избитой семейной драме: участившиеся скандалы, замазанные синяки, искусно изображенная улыбка и капли "для настроения" стали ее верными спутниками. Быть может, она действительно превращалась в свою мать. С той разницей, что Оулавюр не пил, а оставался мудаком при здравом рассудке.

✧ Но как бы она ни старалась, та самая привычная жизнь рушилась вместе с тем, что она звала семьей, и причины что-то спасать растворялись в сыром исландском воздухе. Дочь стала взрослой и вполне могла позаботиться о себе сама, сын перешел в среднюю школу, муж - очевидно, изменял Хедде, и она обнаружила, что даже не ревнует, только чувствует горечь опустошения. Бракоразводный процесс затянулся, и ей потребовалось вложить все силы, чтобы нанять хорошего адвоката против мужа-юриста. Чувствуя, что не справляется, Хедда забрала Томаса и на время вернулась в родной Хусавик, к отцу и своей причудливой матери, хотя бы пока все не уляжется. Но летним каникулам приходит конец, мальчику надо учиться, к тому же, Оулавюр настаивал, что имеет право видеться с сыном, и это было проще делать в Рейкьявике. Понимая, что проигрывает и теряет все и всех, что у нее было, Хедда с тяжелым сердцем все же решилась отвезти своего ребенка в аэропорт Акюрейри, откуда они должны были улететь в Рейкьявик, но успеть на самолет им было не суждено. На противоположном берегу фьорда Хедда не справилась с поворотом, и машина улетела в кювет.

✧ Они очнулись в лесу, в перевернутом автомобиле, и Хедда помнит, как выбралась из кабины, как расстегивала ремень безопасности на бессознательном теле сына. Как бежала по лесу, спасаясь от странных существ, как она крепко держа детскую руку (держала ведь?) - и все же в какой-то момент выпустила из своей. Как твари схватили его и унесли прочь. Она пыталась догнать и спасти его, но потеряла след, и добрались до города в слезах прежде, чем стемнело, одна, в слезах и на подкашивающихся ногах. Горожане сказали, что ей повезло. Что дети здесь выживают редко, что после наступления комендантского часа ей бы никто не открыл, и что ночью в лесу никому не выжить. Хедда не хотела поверить им и сдаться. Первые дни (недели? месяцы?) она думала только о сыне, надеялась до последнего и спрашивала охотников, не нашли ли они его. Потом прошло много времени, но она не помнит сколько. Постепенно в ее душу закралась мысль, что безопаснее никогда не покидать этого города. Ей снятся странные сны, а иногда наяву она до сих пор она слышит его голос со стороны деревьев или за окнами по ночам, и изо всех сил держит себя в руках. На ее левом запястье царапины и ранки как напоминания боли о том, что откликаться не стоит.

✧ Хедда никогда не была религиозной, не читала затрапезных молитв со дня отъезда из родительского дома и всегда полагалась на науку, но всегда обладала удивительным талантом цепляться за соломинки и строить из них целые замки. Возможно, поэтому решение поддержать церковников пришло ей в голову как единственно верное. Хотя внутренне она не верит в слова пастыря, но убеждена, что только следование правилам спасет их, и, кажется, находит в службах странное для себя утешение. Окружающим Хедда кажется слишком благочестивой и всегда пребывающей как будто в полусне. Она одна из первых напомнит на совете собравшимся, как важно сохранять благочестивость, как важны законы их города. И она же одной из первых предложит помощь первым спасшимся, хотя и будет относиться настороженно к пришедшим из леса. Но часть ее знает, что все это лишь внешнее, вынужденное поддержание порядков, и чем больше она узнает о местных легендах и тех тварях, что окружают Равенхауг, тем больше  в ней зреет желание докопаться до правды.

средство связи: лс подойдет, но телеграм лучше